No pasaran!
Старик Шопенгауэр считал, что страдание есть благо, нечто однозначно положительное, возможно, даже катарсис. И он был действительно по-своему прав: страдание закаляет и сохраняет «возвышенный образ мыслей», но сострадание отрицает само явление жизни; но потому он сам был врагом жизни, принимая христианство со всей его добродетелью.

«Чтобы человек сохранил в себе возвышенный образ мыслей, направлял свои мысли от временного к вечному, одним словом - чтобы в нем жило высшее сознание, ему необходимы боль, страдание и неудачи так же, как кораблю - отягчающий его балласт, без которого он не измерит глубины, станет игрушкой волн и ветров, не пойдет по определенному пути и легко перевернется». (с)

Согласно же Ницше, сострадание — чистый практический нигилизм, депрессивный и декструктивный, «в крайней степени заразный инстинкт», парализующий инстинкты, сохраняющие жизнь и повышающие ее качество и ценность. Сострадание, минуя совершенно справедливый естественный отбор, который обеспечивает эволюцию как таковую, сохраняет и множит всяческое убожество — то есть сознательно, под видом «высших ценностей», которые, по факту, есть абсолютное ничто, предпочитают худшее для себя. Это сознательный инстинкт смерти, чистое деструдо и мортидо, в совокупности порождая Танатос, вырабатываемый целым человечеством. А потому человеколюбие, любовь ко всему человечеству — есть отсутствие сострадания и взращивание хотя бы в себе самом инстинкта жизни, воли к власти, не имеющего удовлетворения.

«Что хорошо? — Всё, от чего возрастает в человеке чувство силы, воля к власти, могущество.
Что дурно? — Всё, что идёт от слабости.
Что счастье? — Чувство возрастающей силы, власти, чувство, что преодолено новое препятствие.
Не удовлетворяться, нет, — больше силы, больше власти! Не мир — война; не добродетель, а доблесть (добродетель в стиле Ренессанса, virtù, — без примеси моралина).
Пусть гибнут слабые и уродливые — первая заповедь нашего человеколюбия. Надо ещё помогать им гибнуть.
Что вреднее любого порока? — Сострадать слабым и калекам — христианство…» (с)
«...»
Ради инстинкта жизни следовало бы на деле искать средство нанести удар по такому опасному, болезнетворному скоплению сострадания — нанести удар, чтоб оно лопнуло… Нет ничего менее здорового во всей нашей нездоровой современности, чем христианское сострадание. Тут-то послужить врачом, неуступчивым, со скальпелем в руках, — наша обязанность, наш способ любить людей, благодаря этому мы, гиперборейцы, становимся философами!..

@темы: философия, впечатления